Комплекс кастрации

Волга впадает в Каспийское море. В метро на эскалаторе надо стоять справа. Со старшими надо здороваться первыми. А коты должны быть кастрированы!

Особенно рыжие.

Вначале я обычно встречал не кастрированных котов. Мое детство прошло в небольшом городке, где собаки обычно жили в будках, на цепи. Птицу разводили ради пропитания. Свиней – на продажу, кроликов – ради мяса и шкурки. А котов держали, чтобы крысы боялись.

Первого кастрированного кота я увидел в городе. До этого момента я уже читал, что на Востоке принято было лишать мужчин висящих частей тела, чтобы уберечь их от соблазна нарушить данное султану слово на объекте охраны. В Италии – чтобы сохранить красоту дисканта мальчукового голоса. Тем более, что все равно его обладатели по основному месту занятости числились за монастырями католической конфессии, с ее обетом безбрачия и восхвалением культа воздержания. Припоминаю, в юные годы у своего дедушки я видел, как кастрировали кабанчика, чтобы он не ленился нагуливать сало. Но кастрировать кота? За что? Это тогда показалось мне жестокостью, граничащей с бессмысленной и беспощадной городской модой...

Потом я взрослел, со временем брал на себя ответственность за домашних животных. Вначле – черепашки, затем попугайчики и быстро дохнущие хомячки. Потом стали появляться коты. Уже скоро я понял, что кастрация для кота - это стирание последней грани, отделяющей этого частично одомашненного хищника от животного мира. Это плата за ночной покой, это уверенность в покладистом нраве питомца. Нехитрая операция позволяет избавиться от страха перед диким свободолюбивым и даже каким-то иррациональным, что ли, началом, которое свойственно домашнему тигру. Удаляя придатки, кот лишается ниточки, связывающей его с природой. Он перестает быть ее носителем, ограничив свои интересы миской и сном.

Даже игривость, так приятная нам у котят, она ведь ни что иное, как порождение их диких инстинктов. Кот непослушен, в отличие от собаки, самолюбие которой растерто в пыль миллионами поколений целенаправленного выведения пород. Видимо, коты еще совсем недавно живут рядом с человеком, точнее, у человека – может быть, только тысячелетия. Дух свободы у них – в крови. Коту глубоко фиолетово – чего вы хотите от него, что вы запрещаете и разрешаете ему. Он под страхом смертной казни будет грызть бесценные поросли уникальной орхидеи, мочиться мимо лотка на уникальный паркет прошлого века, игнорировать кусок, показавшийся ему неаппетитным, и громить полочки с безделушками, срывая портьеры в охоте за мухой. Кот бесстрашен и отважен – он не боится высоты и узких карнизов, темноты гардеробной и топота ног раздосадованного очередным погромом хозяина.

Главное назначение кота – увеличивать уровень энтропии в окружающем его пространстве, если, кончено, ему больше нечем заняться. Если у него нет работы. А работа у него может быть только одна – охота. Но где в квартирах мегаполисов те самые мелкие грызуны и птички? Даже рыбки –в недоступных аквариумах. Вот кот и отрывается на «искусственных» полигонах – ловит дуновение ветра в тюле, тщательно потрошит мусорные ведра и сбрасывает на пол всякую мелочь, чтобы погонять ее по паркету с грохотом, достойным домашнего терминатора. Когда он прячется от вас под диваном, не думайте, что он испугался. Кот никогда не боится – он уменьшает угрозу своей драгоценной жизни. А ну как вы ненароком ему в морду треснете тапком за разбитую вазу? Это вам тапок – так себе – а ему – машина для членовредительства зачастую размером с самого кота.

Ой, не зря в языческих верованиях, перекинувшихся на толкования христианского Устава, за котом прочно закрепилась слава существа, связанного с нечистым. Так оно и есть – кот слышит то, что мы не слышим и видит то, что мы не хочем. И пока он настоящий, не холощеный, его меховые мешочки работают как катализатор или, быть может, усилитель для антенн, которыми он получает информацию из окружающего мира.

Кот редко хочет соединения с кошкой. Но хочет по-настоящему. В этом желании он забывает про все. В отличие от человека, кот легко может пожертвовать ради любви не только социальным статусом и нажитым имуществом (которого у кота нет по определению), но и сытным обедом и комфортом гнездышка. Он не боится прыгнуть с пятого этажа на асфальт с битым стеклом, потерять в схватках с соперниками все уши и поломать усы, он не боится заболеть стригущим лишаем, подхватить кишечную инфекцию или кошачьи венерические болезни, он не боится попасть под машину или велосипед специально охотящегося на него подростка. Кот просто идет на зов. И делает свое дело. После чего успокаивается ненадолго и снова превращается в пушистое приложение к утреннему пробуждению. До следующего сеанса связи.

Да, кот абсолютно некудышний семьянин – он никогда не проявляет интереса к потомству, в отличие от своих братьев старших. Но .. зато он очень активно занимается воплощением своей генетической программы в жизнь. И этим компенсирует свое безразличие к результатам кошачьей любви. Но не делайте ошибку. Не проводите аналогии. В человеческом мире нет ее между мужчиной и котом. Вот между женщиной и кошкой … вполне может быть.

Коты плохо дрессируются. Биологи жалуются на относительно маленький объем мозга. Но это полная чушь. Он умнее нас с вами вместе взятых. Кот просто живет в своем мире. Он аутист. И это диагноз. Его мир разворачивается к нашему и соединяется в области загривка и спины только несколько раз в недь, когда сам захочет - тогда гладьте его, трогайте, мните и чешите – в ответ он будет сыто муркать и сжимать лапки с коготками. Но тот, кто долго общался с котами, знает – это все не свидетельство любви или признательности за куриную печенку, а просто напросто требование к придворному массажисту провести свой сеанс. То же самое и с его страстью забираться на вас для сна. Не будьте наивными – это не проявление привязанности. Вы для него – источник тепла. Банальная дармовая печка. И когда он лежит на больной ноге – он не лечит вас – делать ему больше нечего! – он просто выбирает самый горячий участок на теле.

Мне иногда даже кажется, что кот не видит человека. Стоящий, он слишком велик для того, чтобы кот смог его объять и классифицировать. Так, потенциальная крупноразмерная угроза. Не более того. Когда мы лежим, коты чаще приходят к нам – они видят или руки, или ноги, или нашу голову. Руки лежащего человека редко бросают тапок. Они чаще всего готовы приласкать или поиграть с котом. Он это знает и пользуется этим.

А еще кот не любит громкую речь, крик, любые громкие звуки. Они мешают ему наслаждаться размеренным ходом кошачьей жизни. Ведь главный орган чувств вашего любимца – уши. Настоящие микро-локаторы, они дают ему не менее половины информации об окружающем его мире. Обоняние у него – так себе, осязание – как у всех, зрение … зачем ему иметь слишком острое зрение? Он же всегда в траве или в листве! Так, на пару метров с фокусировкой. Причем желательно в сумерках, и на пару десятков – периферическое, чтобы распознать опасность, исходящую от большего, чем он, по размерам хищника. Коты – дальтоники. Они точно не видят цвета. Проверено на оброненных в ковер кусочках еды. Цвета им попросту не нужны. Зачем зверю лишние навороты и информация? Главная функция глаз – заметить движение. И с этим они успешно справляются.

Но вот уши! Это настоящий чувствительный орган №1 для кота. Малейший шорох, который мы почти не слышим, для него – симфония звуков, которая ясно указывает ему на источник, возможную причину звука, скорость его перемещения, глубину и, возможно, даже вес шуршащего. Неудивительно, что наш негромкий окрик просто оглушает кота и заставляет его прятаться – они же еще не научились закрывать уши лапками! Пока еще. В лучшем случае кот прижимает уши, уменьшая силу звука. Но не более того.

Это дивное животное, целый мирок неокультуренной и необузданной в своем появлении природы. Не мы его одомашниваем, а он, кот, приучает нас к его потребностям и привычкам. А мы его – кастрировать!

Мой кот достиг 8-ми месячного рубежа. Скоро будет метить все подряд, вредничать и кричать по ночам дурным голосом. Он будет висеть на фрамугах и паскудничать по-крупному от невозможности соединиться с кошкой. Он станет гадким, нервным и несносным. Он будет худеть и отказываться от деликатесов в месяцы «гона».

Я принял решение. Я его кастрирую... Боже. Я старею. И нет этому другого более убедительного свидетельства. Я его кастрирую. И мужская солидарность здесь не при чем. Я его освобождаю. Он необходимости сходить с ума и уменьшать комфорт моего жилища и мой собственный. От сумасшествия февраля, от облезлых боков и разорванных щек, от мимолетных воспоминаний и давления инстинктов. Будем выращивать кота не для продажи, не для еды и не для шерсти. Будем выращивать кота ради него самого. Он, бедный, даже не поймет, что случилось. Наверное, это гуманно по отношению к нему. И по отношению ко мне. И по отношению к ветеринару, которому я дам работу. И по отношению к другим обитателям земли, на которое не будет охотиться многочисленное не родившееся потомство именно моего кота. И по отношению к энтропии. Ее степень не будет так нагло расти в пределах моей разгромленной квартиры. Кот станет спокойнее и покладистее. Возможно, даже перестанет так яростно рвать пакеты с забытым в квартире мусором. Он, кончено же, станет толще и спокойнее, веселее и беззаботнее. Но он … перестанет быть котом.

Кастрация кота приводит к его убийству.
Я убью его.
Прости, рыжий.
Так будет лучше.
Даже для тебя.
Если бы ты был на моем месте, ты бы понял.
Но ты не будешь.
В этой жизни.

А в другой, если мы окажемся по разные стороны баррикады, обозначено скальпелем и уколом анестезии, я хочу, чтобы ты не вспомнил меня. Иначе месть может быть такой, о которой я не хочу даже думать. Потому, что я знаю, как больно режет шею проволочная петля. Ведь в прошлой жизни я тоже был котом.

13.05.04

Испытание кальмарами

Кот – не просто домашнее животное – он индикатор вашей педагогической слабости и живой свидетель степени персонального малодушия. В отличие от маленького ребенка кот помнит все, наглее его в несколько раз, злопамятнее на порядок, к тому же более капризен, свободолюбив и, как ошибочно представляется многим начинающим ботаникам и поэтически настроенным романтикам, - непредсказуем.

Кот ест не то, что вы ему даете – а то, что хочет. Когда хочет, столько, сколько хочет и, что самое неприятное для хозяев и хозяек – там, где хочет. Если ему понравилась ваша белая куртка – именно на ней он будет трепать истекающую кровью куриную почку, медленно кромсая по кусочку своей маленькой хищной пастью с бесполезными клыками.

Если не держать его впроголодь или на подножном корме, он моментально вырабатывает свои пищевые привычки и пристрастия. Причем часто они идут в разрез с вашими представлениями об идеальном рационе домашних зверушек. Более того, если в самом его глубоком детстве вы хоть один раз смалодушничаете – уберете недоеденное их его тарелки или позволите выбирать среди двух тарелочек с разной снедью, - считайте, что вы стали заложником его рациона.

Я видел своими глазами котов и кошек, которые едят, например, только паштет из парной телятины, или, как вариант, паровые котлеты из крольчат, или же сердца перепелов под соусом из бараньего йогурта. Так разбаловать животное может только хозяин, сам выросший на отрубях и хлебе с опилками. Или хозяйка, которой просто некуда растрачивать свои материнские чувства, прописанные по инстинкту.

Своего кота я так не запускал. С самого начала я заставлял его пить порошковое молоко, рвать на куски мороженное мясо, хлебать горячую уху из сорной рыбы и есть то, что лежит, и даже иногда чуточку воняет, если лежит долго. В ответ он научился проделывать крысиные дырочки в забытых в пределах его когтистой доступности мешках с мусором, воровать из тарелок полуфабрикаты и в отместку катать всю ночь по полу украденные грецкие орехи и батарейки из телевизорного пульта, предусмотрительно спрятанные под диван, чтобы они не были отняты днем.

Несколько раз кот пытался выпендриваться, игнорируя сухой корм, идеально сбалансированный (я же умею читать!) для хищников его возраста, пару раз воротил нос от того, что мне самому казалось деликатесом и как-то даже выразительно отвернулся от свежеоткупоренной банки “Барсика”. Но это все были цветочки.
К 8-му месяцу своей раздольной и неотягощенный попытками вести себя прилично жизни, когда счет за его разорения и бандитизм, выражавшийся в разбитом, покусанном, растерзанном, сброшенном и … извинити, обосцанном, приблизился к начальной сумме взноса на приобретение по кредитной схеме самого доступного корейского автомобиля, на кота нашло.

Дело было так. Вдруг кончилась банка с его кошачьими консервами, и я решил порадовать его кальмарами, благо раньше не раз замечал, что он с огромным удовольствие пожирает морепродукты из моей тарелки во время семейного ужина (каюсь, подкармливаю под столом). Я оторвал тушку мороженного кальмара из магазинного бруска и бросил ему в тарелку. Это было утром – я торопился на работу. И не собирался подогревать коту еду в микроволновке.

Вечером кальмар, истекающий морозным соком, лежал в тарелке нетронутым. Как обычно забытый на ручке кухонной дверки пакет с мусором при заботливой поддержке Рыжего распределил свое содержимое по всей кухонной плитке нарядного пола, демонстрируя всем желающим, что именно остается после нашего ужина, туалета, хозяйственных забот, плотских утех, немногочисленных хобби и пагубных привычек. Заранее зная, что в пакете ничего съедобного нет, кот, естественно, просто устраивает себе развлечение, за что неоднократно с непонимающей мордой был безрезультатно несильно и обидно бит тапком. Но кальмар лежал.

Я, обиженный на кота, решил не улучшать качество кальмара, а дождаться, пока он “и так сойдет”. Наступил вечер, за который коту ничего не перепало из наших тарелок по идеологически-воспитательным мотивам. Ночью он остервенело гонял грецкие орехи, стучал крышками кастрюль и вопил нечеловеческим голосом, призывая звезды в свидетели жестокому обращению с животными.

Но голод сделал свое дело и утром Рыжий был подчеркнуто вежлив и чрезвычайно любвеобилен. Выражая свою лояльность, он поднял нас в шесть утра, всем своим лакейским поведением подчеркивая его исключительную доброту и нежность в отношении к хозяевам. Кальмар лежал на своем месте, распространяя отчетливый запах рыбных рядов.

Я сжалился над подхалимом и сделал шаг навстречу – ошпарил кальмара кипятком, порезал на кусочки и вернул, промытого и пропотрошенного, в чистую тарелку. Уходя на работу, я был уверен, что благодарность кошачья будет просто неизмерима.

Однако вечером с удивлением я обнаружил нетронутые лопасти кальмарьей тушки на прежнем месте. Это для кота, напоминаю, были уже вторые сутки на голодном пайке. Я дал себе зарок довести дело до конца и даже вечером, во время ужина, когда мы употребляли жареных же кальмаров с зеленым салатом, я со стола показывал аппетитные кусочки рыжему мерзавцу, даже давал понюхать, но издевательски стойко не ронял для употребления.

Кот волновался и голодными глазами прослеживал маршрут каждого кусочка с тарелки – на вилку – до рта. Усы его уныло обвисли, хвост дрожал и от обиды волновался змеиными движениями. Я был тверд, но справедлив. Чтобы найти компромисс, не меняя своего решения, мне пришлось пойти на крайнюю меру – поджарить лоскутки ароматного кальмара в масле и загрузить их обратно в кошачью миску. Ноль реакции. Эту ночь, видно обессиленный беспощадной борьбой с неуступчивыми хозяевами кот, провел тихо и незаметно. Почти все время он жался к моему горячему боку, чтобы восполнить потерю тепла голодающего организма, но кальмара вызывающе не жрал.

Утром, уходя на работу, я словил себя на мысли, что рыжего необходимо кастрировать не через месяц или два, а прямо сейчас, подручными средствами, чтобы сделать его более покладистым и гибким в принятии решений. С этой идеей я покидал квартиру, кота и его нетронутую еду уже трехдневного срока выдержки.

Далее события разворачивались так, как мне поведала их любимая. Ближе к 11-00 утра, когда она тщательно готовила себя к выходу на улицу, громкий треск и грохот, перемежавшийся всхлипами и чавканьем, прорвавшимися со стороны кухни, заглушая грохот падающей в ванную воды, заставил ее выскочить на кухню. Кот, разбрызгивая слюну по стенам, трескал кальмара, чуть не лапами запихивая огромные куски себе за щеки. Подвывая от удовольствия, он гонял тарелку по кафелю, пока не съел все до последней крошки. Потом, облизав усы, со счастливым видом он упал под стул, в косые лучи балконного солнца, чтобы переварить добычу.

Вечером, выслушав финал истории 3-х дневного противостояния воли, кальмара и свободолюбивой сущности кота, я его простил. А было ли за что? Но полюбил рыжего еще сильнее… Чем его буду кормить сегодня? В холодильнике – вареная свекла, салат, зеленый горошек и картошка. Правда, морозилка забита мясом и рыбой, но это все так банально – уже проходили. Эй, Рыжий! А сам-то ты чего хочешь?

5/26/04