воскресенье, 19 июля 2009 г.

Островок Прибалтики в России

На пути из Греков в Варяги надо ехать по разбитой трассе федерального значения Москва-Рига, которая после Московской области превращается в жуткую трясучую продавленную до колей латанную-перелатанную дорогу - позорную, опасную, но живописную (если это хоть чуть-чуть извиняет тех дураков, которые имеют к трассе отношение).

Повернув на Ржев, ты попадаешь с этой беды на ржевские ухабы. Въехжать в город приходится через поле, на котором в 1943 (кажется... или в 1944?) состоялось то самое памятное танковое сражение. Перемещаться приходится между воронок от разрывов снарядов, окопов и останков брошенной техники. Единственное, что сделали с момента войны - убрали подбтые немецкие танки и похоронили солдат. Если кто-то подумает, что я шучу - нет, ни в коем случае! Такие дороги я видел исключительно на батальных картинах и полигонах, где отрабатывают парктические навыки вождения танкисты - я сам ездил по такому же во время срочной службы!

Местные, кончено же, считают, что это асфальтовая дорога с улучшенным покрытием. Но вы не верьте им. Это они по привычке так думают. Или верят картам по своей провинциальной наивности. Нет, вероятно, покрытие ддороги после того боя за Ржев действительно улучшили - местами присыпали щебеночной перхотью самые глубокие воронки, убрали противотанковые ежи, но чтобы это называть полноценной дорогой.... нет, это даже не направление. Как есть поле битвы. Здравого смысла с российской действительностью.

Но потом, правда, по мере продвижения на север, становилось все красивее и красивее и мысли о плохом постепенно уступали место созерцательной отстраненности. Таким образом преодолев 400 км, мы попали по уныло ремонтируемому (исключительно судя по знакам - живой деятельности там не было замечено) мостику через рукав Селигера в Осташков.

А там - на фоне пыльных разбитых улиц и покосившихся очаровательных старинных деревянных домов с почерневшим брусом - синь воды, юный целлюлит загорающих студенток и облезлые по старой российской привычке достопримечательности белокаменного церковного строительства.
С колокольни местного центрального храма (или почти центрального, я не уверен) открывается вид на окрестности настолько живописный, что даже циники восхищенно замирают, наблюдая за траекториями ласточек в синем небе над бескрайней водой.
Немного крестов и крытые железом крыши довершают радующую православный глаз картину благолепия. Селигер, мирным спрутом раскинувший свои многочисленные

щупальца по окрестностям, разлит везде, по каждому направлению. В скромной северной зелени прячутся бедные избы и яркие пятна новостроя, который местами нагло лезет в глаза своей непривычной точностью исполнения строителями

прямых углов. По моим наблюдениям, в среднем прямой угол в Осташкове составляет от 84 до 95 градусов, поэтому свежие постройки сильно мозолят глаза не только анти-монохромой палитрой стройматериалов. На территории храмового комплекса специалист обязательно заприметит пагоду, восьмиугольник по основанию, старательно замаскированный под церковную постройку.

Но ветхая красота белокаменного средневекового русского зодчества начисто меркнет перед лепотой природы. Мы смогли найти достойное и на удивление свободное место, помыкавшись по лесным дорогам, на оз. Кривское. Это небольшое (по сравнению с Селигером) блюдечко почти неосвоенной природы. Не считая пьяной компании в соседней роще и вездесущих поплавков сетей и "телевизоров", заботливо охватывающих весь периметр водной глади, - следов человека на озере почти не было. Даже пластиковые бутылки попдались не на каждом шагу.

Рыба клевала вполне прилично. Мелочь ловилась прямо с берега, а за щуками проишлось выезжать на лодке подальше, к самой границе камшей и кувшинок. Там хищник внимательно наблюдал за нашими городскими блеснами и изредка покусывал особо заграничный воблер, искрящийся своими радужными чешуйками в торфяной воде озера.

Мягкая щелочная вода ласкала кожу, воспаленную едким солнцем. Мухи, слепни, комары и оводы то прилетали за коллективными пожертвованиями в адрес армии насекомых, то уходили, унося с собой трупы и подбитых в воздухе товарищей. Песчаное дно, на котором через коричневую воду был виден песочек и листья деревьев, утонувших исключительно с целью украшения водоема, медленно понижалось к центру озера, позволяя не торопясь входить в рябь волны. Мы провели в этом чудесном месте чуть боше суток - а ощущение того, что отдохнули, не осталяет даже и сейчас - хотя уже понедельник, за плечами обратная дорога и обычный хронический менеджерский недосып.

В такие места хочется вернуться. Чтобы пожить. Пока еще не холодно и в лесу щедро рассыпаны лисички, черника и земляника. И обязательно словить щуку побольше. И пару хороших красноперок. И карася! Чтобы было не стыдно за купленный по 200 р. у местных червезаводчиков жалкий клубочек навозников.

Спсибо Диме Плешакову за идею махнуть на Селигер!

Холостяки

Они уехали, а мы остались.
Мы - всё работали. Они - купались.
Мы в потном городе - они на море, у реки.
Они - с детьми на отдыхе, а мы - холостяки.

Закуска кончилась ... не очень-то и надо!
На дне стакана - настоящая прохлада.
Немного водки сверху кубиков из льда.
Налей, еще, Максим! Все остальное - суета!

И пусть чеснок и две засохшие конфеты
Не смогут заменить все вкусы лета...
Закусывать не будем - мужики!
Такие мы с тобой ... холостяки.



понедельник, 6 июля 2009 г.

Клоны

Я у мамы - лучший сын!
Правда, я пока один!
Но ведь это лишь пока...
Мама, сделай бра-ти-ка!
Впрочем, нет - хочу сестричку,
Чтобы дергать за косичку,
Чтоб с собой везде тягать,
Чтобы, чтобы, чтоб .... играть!