вторник, 12 августа 2008 г.

Испытание кальмарами

Кот – не просто домашнее животное – он индикатор вашей педагогической слабости и живой свидетель степени персонального малодушия. В отличие от маленького ребенка кот помнит все, наглее его в несколько раз, злопамятнее на порядок, к тому же более капризен, свободолюбив и, как ошибочно представляется многим начинающим ботаникам и поэтически настроенным романтикам, - непредсказуем.

Кот ест не то, что вы ему даете – а то, что хочет. Когда хочет, столько, сколько хочет и, что самое неприятное для хозяев и хозяек – там, где хочет. Если ему понравилась ваша белая куртка – именно на ней он будет трепать истекающую кровью куриную почку, медленно кромсая по кусочку своей маленькой хищной пастью с бесполезными клыками.

Если не держать его впроголодь или на подножном корме, он моментально вырабатывает свои пищевые привычки и пристрастия. Причем часто они идут в разрез с вашими представлениями об идеальном рационе домашних зверушек. Более того, если в самом его глубоком детстве вы хоть один раз смалодушничаете – уберете недоеденное их его тарелки или позволите выбирать среди двух тарелочек с разной снедью, - считайте, что вы стали заложником его рациона.

Я видел своими глазами котов и кошек, которые едят, например, только паштет из парной телятины, или, как вариант, паровые котлеты из крольчат, или же сердца перепелов под соусом из бараньего йогурта. Так разбаловать животное может только хозяин, сам выросший на отрубях и хлебе с опилками. Или хозяйка, которой просто некуда растрачивать свои материнские чувства, прописанные по инстинкту.

Своего кота я так не запускал. С самого начала я заставлял его пить порошковое молоко, рвать на куски мороженное мясо, хлебать горячую уху из сорной рыбы и есть то, что лежит, и даже иногда чуточку воняет, если лежит долго. В ответ он научился проделывать крысиные дырочки в забытых в пределах его когтистой доступности мешках с мусором, воровать из тарелок полуфабрикаты и в отместку катать всю ночь по полу украденные грецкие орехи и батарейки из телевизорного пульта, предусмотрительно спрятанные под диван, чтобы они не были отняты днем.

Несколько раз кот пытался выпендриваться, игнорируя сухой корм, идеально сбалансированный (я же умею читать!) для хищников его возраста, пару раз воротил нос от того, что мне самому казалось деликатесом и как-то даже выразительно отвернулся от свежеоткупоренной банки “Барсика”. Но это все были цветочки.
К 8-му месяцу своей раздольной и неотягощенный попытками вести себя прилично жизни, когда счет за его разорения и бандитизм, выражавшийся в разбитом, покусанном, растерзанном, сброшенном и … извинити, обосцанном, приблизился к начальной сумме взноса на приобретение по кредитной схеме самого доступного корейского автомобиля, на кота нашло.

Дело было так. Вдруг кончилась банка с его кошачьими консервами, и я решил порадовать его кальмарами, благо раньше не раз замечал, что он с огромным удовольствие пожирает морепродукты из моей тарелки во время семейного ужина (каюсь, подкармливаю под столом). Я оторвал тушку мороженного кальмара из магазинного бруска и бросил ему в тарелку. Это было утром – я торопился на работу. И не собирался подогревать коту еду в микроволновке.

Вечером кальмар, истекающий морозным соком, лежал в тарелке нетронутым. Как обычно забытый на ручке кухонной дверки пакет с мусором при заботливой поддержке Рыжего распределил свое содержимое по всей кухонной плитке нарядного пола, демонстрируя всем желающим, что именно остается после нашего ужина, туалета, хозяйственных забот, плотских утех, немногочисленных хобби и пагубных привычек. Заранее зная, что в пакете ничего съедобного нет, кот, естественно, просто устраивает себе развлечение, за что неоднократно с непонимающей мордой был безрезультатно несильно и обидно бит тапком. Но кальмар лежал.

Я, обиженный на кота, решил не улучшать качество кальмара, а дождаться, пока он “и так сойдет”. Наступил вечер, за который коту ничего не перепало из наших тарелок по идеологически-воспитательным мотивам. Ночью он остервенело гонял грецкие орехи, стучал крышками кастрюль и вопил нечеловеческим голосом, призывая звезды в свидетели жестокому обращению с животными.

Но голод сделал свое дело и утром Рыжий был подчеркнуто вежлив и чрезвычайно любвеобилен. Выражая свою лояльность, он поднял нас в шесть утра, всем своим лакейским поведением подчеркивая его исключительную доброту и нежность в отношении к хозяевам. Кальмар лежал на своем месте, распространяя отчетливый запах рыбных рядов.

Я сжалился над подхалимом и сделал шаг навстречу – ошпарил кальмара кипятком, порезал на кусочки и вернул, промытого и пропотрошенного, в чистую тарелку. Уходя на работу, я был уверен, что благодарность кошачья будет просто неизмерима.

Однако вечером с удивлением я обнаружил нетронутые лопасти кальмарьей тушки на прежнем месте. Это для кота, напоминаю, были уже вторые сутки на голодном пайке. Я дал себе зарок довести дело до конца и даже вечером, во время ужина, когда мы употребляли жареных же кальмаров с зеленым салатом, я со стола показывал аппетитные кусочки рыжему мерзавцу, даже давал понюхать, но издевательски стойко не ронял для употребления.

Кот волновался и голодными глазами прослеживал маршрут каждого кусочка с тарелки – на вилку – до рта. Усы его уныло обвисли, хвост дрожал и от обиды волновался змеиными движениями. Я был тверд, но справедлив. Чтобы найти компромисс, не меняя своего решения, мне пришлось пойти на крайнюю меру – поджарить лоскутки ароматного кальмара в масле и загрузить их обратно в кошачью миску. Ноль реакции. Эту ночь, видно обессиленный беспощадной борьбой с неуступчивыми хозяевами кот, провел тихо и незаметно. Почти все время он жался к моему горячему боку, чтобы восполнить потерю тепла голодающего организма, но кальмара вызывающе не жрал.

Утром, уходя на работу, я словил себя на мысли, что рыжего необходимо кастрировать не через месяц или два, а прямо сейчас, подручными средствами, чтобы сделать его более покладистым и гибким в принятии решений. С этой идеей я покидал квартиру, кота и его нетронутую еду уже трехдневного срока выдержки.

Далее события разворачивались так, как мне поведала их любимая. Ближе к 11-00 утра, когда она тщательно готовила себя к выходу на улицу, громкий треск и грохот, перемежавшийся всхлипами и чавканьем, прорвавшимися со стороны кухни, заглушая грохот падающей в ванную воды, заставил ее выскочить на кухню. Кот, разбрызгивая слюну по стенам, трескал кальмара, чуть не лапами запихивая огромные куски себе за щеки. Подвывая от удовольствия, он гонял тарелку по кафелю, пока не съел все до последней крошки. Потом, облизав усы, со счастливым видом он упал под стул, в косые лучи балконного солнца, чтобы переварить добычу.

Вечером, выслушав финал истории 3-х дневного противостояния воли, кальмара и свободолюбивой сущности кота, я его простил. А было ли за что? Но полюбил рыжего еще сильнее… Чем его буду кормить сегодня? В холодильнике – вареная свекла, салат, зеленый горошек и картошка. Правда, морозилка забита мясом и рыбой, но это все так банально – уже проходили. Эй, Рыжий! А сам-то ты чего хочешь?

5/26/04

Комментариев нет: